Читаем без скачивания Серебряная воительница - Питер О`Доннел

— Тут неподалеку есть гараж, — сказала Джанет. — Там вам могут помочь.

— Господи, я только что оттуда… Хозяина нет, а его жена говорит, что он вернется часа через два.

— Ничего, — откликнулся Квинн. — Мы вас подвезем и все уладим.

— Это очень любезно с вашей стороны…

Пять минут спустя, когда дорога нырнула в лощину, Квинн затормозил около голубого «ситроена-сафари» с кузовом «универсал». У машины стояла хорошенькая девушка в коротком белом платье. Квинн открыл дверь, чтобы вылезти, но тут раздалось легкое «Ох!». Он повернул голову и замер. Джанет сидела, неловко запрокинув голову назад. Она была очень бледна. Квинн услышал голос шотландки.

— Пожалуйста, оставайтесь на месте, мистер Квинн. — Одной рукой она держала Джанет за волосы, а в другой у нее был тонкий нож, острие которого упиралось в шею Джанет.

— На полдюйма вглубь, и она погибнет, мистер Квинн, — предупредила шотландка.

Девушка в белом уже оказалась у машины Квинна.

— Она запросто это сделает, можешь поставить на это свой член, приятель, — усмехнулась она.

— Пожалуйста, без грязных выражений, Ангел, — сурово осадила ее шотландка. — Садись в машину и поезжай, только не быстро. А вы, мистер Квинн, поедете за ней. И советую без фокусов. Например, не вздумайте резко затормозить. Нож сразу войдет в артерию, и все… Мы проедем милю-другую, потом пересядем из вашей машины в нашу. У вас не будет шанса проявить героизм, мистер Квинн. У Ангела в сумочке лежит пистолет с глушителем. Ну, я все ясно изложила?

Бледный Квинн кивнул. Руки его на руле дрожали. Ангел хлопнула дверью, и краем глаза Квинн заметил, как Джанет чуть поморщилась, когда острие ножа впилось глубже в шею от сотрясения машины. «Ситроен» объехал их, двинулся вперед и Квинн послушно тронулся за ним. Руки и ноги вдруг сделались как чугунные, в голове царил кавардак.

Пятьдесят минут спустя Квинн и Джанет уже лежали на полу фургона лицом к лицу. Их руки были скованы наручниками но со стороны казалось, что они просто заключили друг друга в объятия. В боковое окно Квинн заметил замок, стоявший на склоне горы. К нему от долины вела извилистая немощеная дорога. За рулем сидела шотландка и распространялась о вязании кружев «кроше», но ее спутница, судя по отсутствию каких-либо ответных реплик, совершенно не интересовалась этим предметом.

Квинн решил, что Модести и Вилли явно наблюдают за замком откуда-нибудь из долины. Они, наверно, обратили внимание на отъезд «ситроена» из замка и теперь зафиксировали его возвращение. Если они смотрят сейчас в бинокль, то, конечно же, все увидят…

Он попытался приподняться и зашевелился, стараясь освободиться от Джанет, но Ангел резко сказала:

— Знаешь, что я с тобой сделаю, Квинн, если ты сейчас же не опустишь свою долбаную башку?

Он повернулся и увидел в зеркале ее глаза. Ему показалось, что они являют собой оскорбление для такого прелестного личика. В них светилось ликование маленького дьяволенка, которому доставляют наслаждение такие вещи, о которых лучше не упоминать вслух.

— Так вот, — весело продолжала эта чертовка, — я сейчас обмотаю вокруг шеи этой твоей птички струну и потяну. И ты увидишь, как вываливается и чернеет ее язык. Это, поверь мне, незабываемое зрелище. — Она толкнула локтем подругу. — Слушай, Клара, дай-ка я с ней поработаю. А потом мы скажем, что она начала вопить или что-то еще.

— И не надейся, дорогая моя, — сухо отозвалась шотландка. — Неужели ты думаешь, что я стану врать из-за тебя полковнику Джиму? Он велел нам доставить их целыми и невредимыми, и мы доставим их целыми и невредимыми.

— А, все это херня, — мрачно отреагировала девица в белом, недовольная, что ее замыслу не суждено осуществиться, по крайней мере, пока.

Ошеломленный Квинн снова опустил голову. Лицо Джанет было совсем рядом, бледное и мрачное. И хотя в глазах ее Квинн не увидел надежды, взгляд оставался спокойным. Джанет легонько коснулась губами его щеки и шепнула: «Мужайтесь». Это был голос истинной аристократки, которую везут на казнь. Квинн понял, что все потеряно, кроме чести.

Глава 9

Модести Блейз проснулась и какое-то время лежала в полной тьме своего спальника. Рядом заворочался Вилли.

— Два часа, Принцесса, — сказал он.

— Похоже, — согласилась она. — Сейчас. — Посветив фонариком, она сообщила: — Без пяти. Зажги лампу.

Они находились в пятидесяти ярдах от входа в пещеру, на широком каменистом участке. Под рубашками и брюками у них было надето теплое белье, но все равно они почувствовали леденящий холод, как только оставили теплые спальники.

Они надели легкие стеганые куртки, армейские ботинки, нейлоновые комбинезоны, затем скатали спальники и спрятали их в узкой расселине между камнями. Вилли взялся за парусиновый рюкзак и спросил:

— Винтовки берем?

Модести на мгновение задумалась, потом отрицательно покачала головой.

— Нет, если дойдет до перестрелки, от них мало толку, да и тащиться с ними по пещере одна морока. Лучше возьму «кольт».

Кобура с «кольтом» была у нее на бедре под комбинезоном и курткой, которые она собиралась сразу снять, как только они окажутся в замке.

Вилли захватил два ножа. Обычно он держал их в ножнах, один над другим, и носил сбрую слева на груди. Но сегодня нужно было протискиваться в узкие щели, и он разместил их на правом и левом бедре. Ножи он сделал собственноручно. То, как он обращался с ними, вызывало восхищение или ужас у тех, кто получал возможность посмотреть на это — в зависимости от того, к какому лагерю принадлежал очевидец. Эти ножи были специально отвороненными, чтобы не сверкать, отражая свет. При обычном броске с расстояния в двадцать футов они совершали полный оборот, но если расстояние уменьшалось, Вилли мог отрегулировать полет легким движением кисти.

Модести, убрав спальники и винтовки в расселину, посмотрела на часы.

— Два пятнадцать, Вилли.

Он кивнул, вскинул на спину рюкзак, и они двинулись в пещеру Лансье. Их пластиковые шлемы были снабжены электрическими лампочками. Кроме того, у Вилли был еще и довольно мощный ручной фонарь. По мере углубления в пещеру холод делался все более ощутимым.

Первой шла Модести. Маршрут, ранее указанный Квинном, отпечатался в ее памяти. Они протискивались по узким проходам, внезапно оказываясь в широких коридорах. Это требовало повышенной осторожности. Подземный лабиринт создали не люди, а природа, поработавшая над этим творением не один миллион лет, в том числе и в ледниковый период.

Модести и Вилли спустились в пятнадцатифутовую яму, потом перешли речушку и стали подниматься по уходящей вверх каменной тропе. Они оказались в сталактитовой пещере, которая словно копировала архитектуру человеческой цивилизации, хотя эти шедевры приобрели свои нынешние очертания задолго до того, как люди научились пользоваться первыми инструментами. Сталактиты, свисавшие с купола пещеры, уходившего ввысь на семьдесят футов, не отличались особыми размерами, но зато росли густо, сверкая, словно иголки из серебра, в свете лампочек «туристов». Сталагмитов, которые, напротив, росли бы с пола, в этой пещере не было. Стены были волнистыми, словно шторы. По всему периметру этой залы подземного дворца виднелись белые пятна известняковых залежей.

Посередине, почти от стены до стены, простирался водоем неизвестной глубины, и его ширина достигала двадцати трех футов. Каменистые берега, подходя к краю водоема, обрывались на высоте восемнадцати дюймов. Откуда появлялись и куда уходили воды из этого озерца, определить было невозможно. Течение если и существовало, то было крайне слабым, во всяком случае на поверхности.

В прошлое посещение Модести и Вилли оставили в пещере надутую резиновую лодку. Сейчас ее достали из впадины в стене. Модести дождалась, когда Вилли спустит лодку на воду, потом осторожно забралась в нее и, устроившись лицом к тому месту, откуда они пришли, стала грести ладонями, отчего лодка двинулась к противоположному концу водоема. Вилли держал в руках моток нейлонового шнура, один конец которого был прикреплен к корме. Когда Модести высадилась на другом берегу, он стал проворно сматывать трос, подогнал к себе лодку и сам совершил переправу, после чего спрятал лодку за большим выступом скалы. За бассейном начинался небольшой участок плоской поверхности, переходивший потом в подъем у дальней стены залы.

Эта стена была словно разрезана в трех местах. Модести двинулась к правой расселине, где находилось небольшое треугольное отверстие, в которое они еле влезли и затем восемьдесят ярдов проделали ползком. Потом они оказались в гроте, где увидели узкую, почти горизонтальную щель. Пятнадцать ярдов Вилли преодолел за пять минут, с трудом протискивая между плитами свое крупное тело. Затем продвижение сделалось полегче, если не считать подъема в десять футов, за которым начиналась каменистая площадка. Но тут они еще раньше с помощью Квинна установили небольшую веревочно-металлическую лесенку.